Я давно уж смирился на милость Твою
И рукою махнул - будь, что будет
Доживу как - нибудь иль погибну в бою,
В целом, разницы крупной не будет.
Что идти по песочку, брести ль по камням,
В кровь сбивая разбитые ноги:
Всё - страдание в жизни, - когда Ты не дал
Удовольствия. Счастье - убогим.
Мы познаем Тебя, что велик Ты и благ,
Перед самым последним мгновеньем,
Как иссякнут запасы дорог у бродяг
И забрезжит рассвет Откровенья.
Мы познаем и радость, и боль, и беду,
Безнадежность таит наслажданье,
И уставши от прозы, задует в дуду
Вечный сказочник преображенья!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Смирился на милость- такого выражения не существует.Будет-будет:рифма не очень.Камням- не дал:то же. И заканчивается стих тяжеловато. Советую переделать. Шабат шалом:)
Дмитрий
2017-04-07 16:05:48
Смирился на милость- такого выражения не существует.Будет-будет:рифма не очень.Камням- не дал:то же. И заканчивается стих тяжеловато. Советую переделать. Шабат шалом:)
Осень - Олег Хуснутдинов Осень, дружок, за порогом у нас... Так хочется любить и быть любимым...мы дарим стихи теплу и солнечным дням перед долгой - долгой зимой, снежными лихолетьями и завывающими долгими морозными вечерами... осень, дружок, за порогом у нас...
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
